Президент Фонда «Вера»: Как я понимаю социальную ответственность компаний

Благотворительность развивается или в очень состоятельных странах, где сильно гражданское общество и социальная ответственность простирается далеко за пределы государственных границ (помощь от Америки и Европы странам Африки), или в странах, где в силу разных исторических, политических, финансовых причин государству не до граждан, где государство решает геополитические задачи, а социальные проблемы становятся заботой самого населения. В России смешанный тип развития. Вроде бы денег немало, но социальные проблемы совершенно не решаются, а благотворительность при этом развивается довольно быстро.

Нюта2

Осознанно или случайно

Слова «благотворительность», «социальная ответственность», «волонтерство» стали иметь значение. На улицах и в СМИ полно потрясающей социальной рекламы. Но кто и как ее развивает в России? Кто готов тратить на это деньги, силы, время? На кого нужно и на кого приходится опираться благотворительным фондам? От чего, наконец, зависит качество помощи? От того, насколько осознанно человек тянет руку к кошельку, чтобы сделать пожертвование? Или от того, насколько продумана программа, которая эти деньги расходует? Вот в ответе на этот вопрос и заключается мое понимание социальной ответственности.

Практически все жители страны сегодня занимаются благотворительностью: покупают продукцию, часть дохода от продажи которой идет на благотворительность, приходят на благотворительные спектакли, опускают сдачу в ящики для пожертвований, относят старые вещи в церковь, пользуются пластиковой картой Сбербанка «Подари жизнь», покупают чехлы для айфона с «Ежиком в тумане» в пользу фонда «Вера» и проч. И хотя ими далеко не всегда движет социальная ответственность, подобная незаметная благотворительность уже стала нормой жизни. И это задача общественников — привести благотворительность к следующему этапу: осознанным регулярным небольшим пожертвованиям в пользу той или иной благотворительной организации.

С компаниями совершенно другая история. Во многих продвинутых компаниях уже и социальные программы есть. И бюджет выделен. И все вроде осознанно. Но как и кто формирует благотворительные программы, ясно далеко не всегда.

Какие бывают благотворители

Мы в фонде «Вера» проанализировали все пожертвования, которые поступали к нам за последние годы, и увидели такую картину. 5% всех наших жертвователей принесли нам 70% поступлений. А 70% пожертвований от юридических лиц, по сути, являются пожертвованиями физических лиц — собственников компаний, т. е. были их личной инициативой. Значит, эти пожертвования нельзя рассматривать как социальную ответственность бизнеса, это ответственность бизнесменов. Оставшиеся 30% — это пожертвования юридических и физических лиц, разные по объему. За годы число жертвователей-физлиц сильно выросло, растет и средняя сумма пожертвований, но главное — растет число людей, помогающих постоянно, ежемесячно.

 

При этом мы все мечтаем о якорных донорах — о социально ответственных компаниях, которые выбрали бы фонд «Вера» в качестве постоянного благополучателя, о компаниях, которым не надо объяснять, почему нам нужны деньги на офис, зарплаты, на интернет, на командировки. О компаниях, которые понимают, что деньги на подарки детям мы соберем через фейсбук, а на подготовку курса лекций для врачей, на оплату ритуальных услуг для детей, на оплату труда медсестер в хосписе города Ижевска через фейсбук не собрать… Мы бы хотели, чтобы компании вместе с нами приняли на себя ответственность за социальные изменения в конкретном сегменте: например, компания дает деньги на содержание выездной службы детского хосписа, а мы гарантируем качество работы, отчетность — и так мы вместе поможем ежемесячно 200 семьям. А если мы вместе с другой компанией обучим 80 врачей, они, в свою очередь, помогут 10 000 семей в год.

Как принимают решения

Самое частое обращение в фонд — предложение корпоративного волонтерства. Нередко запрос идет из HR-отдела, от менеджера среднего звена, в голове которого корпоративное волонтерство равняется тимбилдингу. И это катастрофа. Вот один диалог, цитирую:

— Мы хотим приехать помочь.

— Приезжайте!

— Нам надо ненадолго, и чтобы приятно, и на 200 человек.

— На 200 у нас нет работы, можем пригласить 15 человек — надо помыть окна.

— Окна — это грязно, мы хотим с детьми…

— У нас нет детей, и к пациентам мы незнакомых людей не пускаем.

— Вам что — волонтеры не нужны???

Бывают совершенно удивительные HR-менеджеры, которые приходят знакомиться в фонд, узнают о работе, потом зовут представителя фонда в компанию на встречу с персоналом и предлагают сотрудникам делать ежемесячные отчисления от зарплат в пользу того или иного фонда, кому кто больше понравился. Иногда компания потом даже удваивает сумму пожертвования. Это довольно редкие и всегда приятные контакты.

Но самое грустное для меня — это сбор подарков от организаций в детские дома и детские больницы. Я не спорю — подарки нужны. Но малейшее погружение в тему показывает, что собрать подарки к праздникам любой детский дом и детская больница могут без помощи корпораций. Если уж организация выбрала в качестве объекта помощи детский дом, то подарки — это не просто социально безответственная помощь, это вредоносная помощь. Детским домам нужны деньги для оплаты труда хороших педагогов, детям нужна социализация, их надо вывозить не на елку новогоднюю, а в поход, на экскурсию по городу с заходом не в Кремль, а в больницу, в сберкассу, в магазин, в кино. И еще очень важно, привлекая сотрудников к благотворительности, думать, какому проценту ваших сотрудников близка эта сфера. Детские дома — это просто. На это реагируют читатели фейсбука, прохожие, телезрители. Это трогает. Но, покупая подарки детям, мы на самом деле просто откупаемся от них и делаем вид, что помогли… А для сплочения коллектива нужна область, с которой большинство сотрудников знакомы лично. Согласитесь, это же не детские дома. Это медицина, это онкология, это помощь старикам, помощь инвалидам, профилактика наркомании среди школьников и все то, о чем не принято говорить на корпоративной вечеринке, но о чем болит душа очень у многих взрослых людей.

Социальная ответственностьЯ уверена, что лояльность сотрудников растет не за счет крутых корпоративных мероприятий и прочей развлекухи, а за счет чувства защищенности, которое возникает у сотрудника, если он знает, что, окажись он или его близкие в беде, его не оставят. Я вижу сотни родственников наших пациентов, которые боятся сказать на работе, что у них умирает мама-папа-муж-ребенок, потому что не верят в возможность сочувствия, в то, что им позволят уйти в длительный отпуск по уходу, сохранят за ними место, помогут деньгами.

Если компания поручает вести благотворительные проекты юной мечтательнице, то социальная значимость проекта будет соответствовать ее видению мира — в лучшем случае помощь бездомным собакам, но уж точно не бездомным людям, увы.

Если бюджеты на благотворительность находятся в руках маркетинговых отделов, то тут уж больше зависит от самих НКО. Что мы сами придумаем и как убедим компанию в том, что лучше выпустить специальную банковскую карту с возможностью отчислений на благотворительность или разместить совместную с фондом социальную рекламу по проблематике, чем организовать праздник для сирот с огромным бюджетом. Поверьте: если организатором такого праздника выступит благотворительная организация, затраты на организацию будут близки к нулю.

Совсем недавний случай — мы попросили деньги на дорогое медицинское оборудование. Откликнулся один банк, но, пока мы оформляли бумаги, компания-производитель приняла решение сделать нам подарок и передала оборудование бесплатно. Мы пишем в банк и просим позволить нам переписать назначение платежа, а банк требует, чтобы деньги были потрачены именно так, как согласовало начальство… Или еще. В одной из компаний сменилось руководство. Помощь нашему фонду была прекращена. Новое руководство решило, что мы были протеже старой команды, а новая команда приведет своих протеже. Никто не подумал, что за этой помощью стояли умирающие люди…

Это социальная безответственность. Выбор объекта помощи зачастую зависит не от состояния дел в той или иной сфере, а от мимимишности предложенного проекта, от личных интересов человека, отвечающего за благотворительный бюджет, от имиджа компании. Это грустно. Грустно то, что зачастую компании не погружаются в тему: для них это больше дань моде, чем желание изменить мир вокруг себя. Поэтому и существуют перекосы.

Однако я вполне отдаю себе отчет в том, что многие социально ответственные некрупные бизнесы просто не могут себе позволить отдельного человека на этом направлении. Иногда встречаются совершенно удивительные люди, которые понимают, что, имея за своей спиной ресурсы коммерческой компании, они могут сделать для благотворительности намного больше, чем если бы сами работали в НКО. И тут уже должность не важна. Такие есть, и с ними спокойно, они любое руководство уломают и любой проект протолкнут.

По большому счету размеры и капиталооборот компании не влияют на уровень социальной ответственности бизнеса. И возможность прямого перевода средств в НКО тоже не влияет. Влияет только позиция руководства.

Совсем без денег

Ни один толковый и прозрачный благотворительный фонд не откажется от неденежной помощи. Продуманное волонтерство (не в интересах тимбилдинга) очень нужно — от юридической поддержки проектов или перевода текстов с английского на русский до предоставления бесплатных парикмахерских услуг, помощи курьеров и проч. Нужны помещения для проведения образовательных программ, гостиницы для приезжающих из регионов пациентов или лекторов, продукты для организации питания, б/у мебель и оргтехника для офисов, мы были бы счастливы, если бы какая-нибудь компания, покупая канцтовары и бумагу для себя, чуть увеличила бы их количество и поделилась бы с нами.

Нам, благотворительным организациям, важна вовлеченность бизнеса в наши долгосрочные проекты. Нам нужно мнение крупных и опытных менеджеров. Для нас бизнес — это не только деньги, это возможность выйти на огромное количество доноров — физических лиц. Компании могут распространять среди своих клиентов информацию о фонде и его подопечных. Доступ к внутренним сайтам компаний — это наша вожделенная мечта.

Есть огромный пласт работы с компаниями, который выгоден фондам и не очень обременителен для бизнеса: установка ящиков для пожертвований, приглашение представителей фондов на лекции для сотрудников, IT-поддержка фондов, предоставление своих складских помещений для хранения наших памперсов — перечислять можно бесконечно. Было бы желание реализовывать… Короче говоря, социальная ответственность и выгодное для обеих сторон партнерство не всегда должны быть монетизированы.

Идеальный сценарий

Что же для меня идеальная корпоративная благотворительность? Что такое социально ответственная помощь? И есть ли примеры такой помощи в фонде «Вера»? Примеры есть. Их немного. Но они потрясающие. И работа с ними строилась по тому сценарию, который мне представляется идеальным:

  • на каком-то этапе компания пришла к заключению, что, живя в России и имея успешный бизнес, надо быть социально ответственными. Компания решила всерьез заняться благотворительностью;
  • в компании назначили конкретного человека отвечать за развитие этого направления;
  • к этому сотруднику теперь направляются многочисленные письма / просьбы / презентации проектов / обращения фондов и проч. Этот сотрудник анализирует работу рынка благотворительности в стране и выносит на ближайшее заседание директората / правления / совета компании SWOT-анализ рынка; предлагает несколько направлений для работы;
  • исходя из перспектив направления, из остроты проблемы, из вовлеченности государства в те или иные провисающие сферы социальной жизни, исходя из сферы деятельности своей компании, из объема имеющихся средств, из многих других параметров компания осознанно и демократично выбирает, на что и как они будут тратить свой благотворительный бюджет или свои надежные ресурсы с наибольшей выгодой для получателей помощи;
  • ответственный сотрудник изучает работу различных НКО в этой сфере — их репутацию, прозрачность, отчетность, востребованность, перспективность, знакомится с руководством и деятельностью фондов — и выбирает благополучателей;
  • компания обязательно контролирует расходование средств. Всегда требует своевременную отчетность и не работает на доверии;
  • компания всегда информирует сотрудников о том, как тратятся благотворительные средства, компания не отказывается участвовать в мероприятиях фонда и готова открыто заявлять о своей деятельности в СМИ;
  • компания не просто переводит деньги на счет фонда, но проводит совместные акции, вовлекает в благотворительную деятельность и PR, и GR, и маркетинг. И знакомит своих сотрудников с сотрудниками НКО и по возможности с благополучателями;
  • социально ответственная компания в своей благотворительной деятельности руководствуется интересами выбранного направления, а не своими собственными интересами;
  • и да, я считаю, что ответственная социальная благотворительность — это благотворительность, которая идет через фонды. Именно НКО эффективно тратят благотворительные деньги, являясь экспертами в той или иной социальной сфере. Это вовсе не значит, что помощь не должна быть адресной. Фонд «Подари жизнь», детская программа фонда «Вера» и многие другие фонды имеют адресную помощь, но эта помощь идет не напрямую в семью, а через ответственную организацию, которая отвечает головой за потраченные средства.

И еще. Когда-то Валерий Панюшкин научил меня одной прекрасной еврейской пословице, которая должна была бы стоять в начале, а не в конце моего списка: пусть милостыня запотеет в руке дающего…

Компании должны принимать решения о благотворительной помощи так, чтобы их благотворительная программа стала долгосрочной и не зависела бы ни от чего, кроме состояния дел в выбранной для помощи отрасли.

Опубликовано в газете «Ведомости»

Поделиться
Поделиться
+7(495)640-99-55
fund@hospicefund.ru