Правила жизни Ольги Георгиевны

На Дне красоты в хосписе «Дегунино» Ольга Георгиевна переоделась в халат с изображением африканских женщин, которые несут на голове кувшины. Так мы узнали, что это — винтажная ткань из Африки, привезённая в 60-х её родственником, а сама она — биолог с интересными семейными корнями.

Когда мы вернулись к Ольге Георгиевне в хоспис, чтобы записать диалог для рубрики «Правила жизни», она только-только закончила рисовать птиц, обитающих на территории: московку, большую синицу, лазоревку. На столе в палате у неё лежала начатая вышивка с лошадью и жеребёнком.

• • •

Я из счастливой семьи, московской семьи, очень старой московской семьи — мои предки похоронены на Даниловском кладбище рядом с Третьяковыми, могила с 1901 г. Мы самые настоящие московские мещане Кадашёвской слободы.

Меня зовут Леванова Ольга Георгиевна. Я учитель биологии по образованию, из потомственной семьи учителей — мама тоже была учителем и завучем в школе, в которой я когда-то училась, а потом и начинала работать. У меня есть муж и трое детей. И примерно 5 лет назад мне поставили диагноз — рак.

Одно дело, когда ты на уроке просто заставляешь вызубрить, чем земноводные отличаются от пресмыкающихся, а другое — когда ты с ребенком идёшь, берёшь пробу воды из пруда, потом под хорошим микроскопом всё это разглядываешь и у ребенка загораются глазёнки. Он сам начинает рыть всякие справочники, чтобы узнать, что это за такая кривая гусятина проплыла тут мимо меня под микроскопом — с хвостом, с глазами. Мне больше всего греет душу проектная деятельность, мне нравится заниматься с детьми тем, что их самих интересует. 

Одна ученица увлеклась бисероплетением и наделала из бисера бабочек. Я ей сказала: «Одно дело — мастерить бабочек фантазийных, а другое — вот тебе фотографии настоящих, реальных бабочек. Попробуй бисером скопировать их окраску»Девочка участвовала в конкурсе и рассказывала: «Зачем ловить и умерщвлять для коллекции живых бабочек, когда можно сделать её из бисера? Такую, которая не потускнеет, не будет съедена молью, и которой можно даже украсить одежду».

Ученики очень жалели и ждали, когда я вернусь. Честно. Да, иногда было странно, наверное, видеть меня в парике после химиотерапии — я облысела (как и многие). Но меня это никогда не пугало, потому что это всё ерунда, это отрастёт. Можно всю жизнь оставаться лысой и в парике, лишь бы жить. Жизнь — самый большой ценный дар, который есть. Жизнь нужно жить. Как говорится, если вам достался лимон, сделайте из него лимонад.

Я всегда немного скептически относилась к моральным качествам моего мужа — мне казалось, что его в жизни интересует только то, что можно потрогать, сколотить, пощупать, поесть, выпить — что-то материальное и приземлённое. Когда я заболела, поняла насколько он на самом деле тонкий, чувствующий, любящий семью, сочувствующий человек. 25 лет живёшь с человеком  и тут понимаешь, что действительно любят… Несмотря на то, что ты уже страшная, никакая, чёрт знает на что похожая, больная, и пользы от тебя по большому счету никакой нет.

Родной брат дедушки по линии мужа работал и несколько лет жил в Африке с женой. Привёз, естественно, маски, коллекции насекомых, ткани. И вот мне в руки попало полотно африканской ткани 60-х годов. Я подумала, как его использовать — ну а чего оно будет валяться — и сшила ночнушечку. Всё вообще должно быть использовано.

У меня дома, например, хранится одна любопытная вещь — это записная книжка моего прадеда, в которой он вёл свои семейные расходы за 26-ой, по-моему, год. Безумно интересно! 19 копеек на трамвай, 26 копеек на керосин… Он скрупулёзно его вёл, потому что был приказчиком и работал у Демидовых. У него и почерк совершенно потрясающий, с вензелями — тогда же не было печатных машинок, не говоря уже о компьютерах. Это был такой, знаете, способ ведения дневника, который характерен для одинокого человека — он тогда остался один, жена умерла очень рано.

Я очень ценю историю своей семьи и мне хочется её продолжать. У меня есть чем заняться и этот стимул позволяет мне уже 5 лет жить с моим диагнозом. Каждый раз думаешь, что можно сделать для семьи, что можно сделать для детей, как не испортить ребенку выпускной, как дожить до определённого момента (внук у меня, например, родился — ему сейчас год и 8 месяцев). Это маленькие цели, которые перед собой ставишь.

Когда я попала в хоспис, я поняла, насколько изводила родных последнее время, потому что у меня был действительно очень тяжёлый период, слабость жуткая. В хосписе нет чувства вины за то, что я нажму на кнопку и несчастных людей погоню поправить мне в очередной раз подушку. Я поняла – медсёстры делают свою работу, и я им очень благодарна за неё. Вот и всё. Это очень спокойное такое чувство.

В хосписе я себя чувствую просто человеком, которому возвращают стабильное состояние для того, чтобы я могла пожить ещё. Здесь ты смело можешь переложить всю ответственность за свое здоровье на людей в белых халатах, которые понимают, что они делают – какие таблетки, сколько, зачем они тебе их дают. Получить удовольствие от жизни и какое-то знание вынести, наверное. Все мы здесь готовимся к уходу в мир иной, и… в общем, нужно подготовиться. 

• • •

Чтобы поддержать пациентов хосписов, можно пожертвовать абсолютно любую сумму в фонд.
Вы можете помочь разово или оформить регулярное пожертвование в пользу программ «Хосписы в Москве» или «Хосписы в регионах»:

Помочь

Спасибо!

 

Поделиться
Поделиться
+7(495)640-99-55
fund@hospicefund.ru