Сбор на ИВЛ для Димы

UPD: Необходимая сумма собрана! Большое спасибо всем, кто отозвался на наши просьбы, жертвовал деньги и делился информацией. 

Это же совершенно понятная каждому история: вот рождается малыш. Его все ждут. Ему все рады. Он пухляк и весельчак. И мама выдыхает в родзале, когда доктор говорит ей: «8\9 по Апгар, отличный малыш. Как назовете?». И Оксане так сказали. И она, как только смогла, позвонила мужу Алексею и передала слово в слово все, что сказал доктор: «8\9 по Апгар. Отличный малыш. Как назовем?». И Алексей сказал: Димкой. И страшно радовался первенцу. И даже выпил вечером с друзьями, хоть и работает водителем. И обычно не пьет.

А потом Диму принесли домой. И Оксана, 25-летняя Оксана, так долго ждавшая этого пацана, и такая гордая, что смогла родить его своему любимому мужу, перебирала розовые пальчики на руках и ногах, заглядывала в круглые василькового цвета Димины глаза. И радовалась. Господи, как она радовалась. Вы наверняка себе представляете. Потому что когда-то вы точно также, затаив дыхание, радовались своему малышу и считали пальчики на ручках и ножках и волновались, едва заметив что-то не то: прыщ, красное пятно, дрожащую ручку. И заваливали вопросами педиатра и патронажную сестру. А это нормально? А это? А хрюкает-то он почему во сне? Так у всех бывает.

Но у Оксаны было больше обычного вопросов. И они были более тревожные.

Когда педиатр пришла к месячному Диме на плановый осмотр, Оксана спросила: «А это ничего, что малыш почти не шевелит ножками? И как-то совсем вяло — ручками? Может, это нормально у таких маленьких? Димка же первенец…» Оксана почти ничего не знала младенцах. Педиатр знала больше. И забила тревогу.

Все, что произошло дальше — как во сне. Страшном, быстром, непоправимом: месяц анализов, обследований и надежд. И приговор: спинальная амиотрофия 1 тип (Болезнь Верднига — Гофмана). Димка никогда не будет ходить, прыгать и бегать. Наверное, даже сидеть не будет. Но он жив. И они делают все возможное: вот он чуть-чуть держит головку, вот — потянулся за игрушкой… Оксана и Алексей убеждали друг друга, что видят улучшения. Но в два с половиной месяца все стало настолько худо, что Дима не сумел сам дышать. И с тех пор он дышит через трубку. Уже целых два месяца. То есть, половину своей жизни.

Стали ли Оксана с Алексеем меньше любить своего первенца?

А вы как думаете?

Конечно, нет.

Но Дима лежит в реанимации. И пускают к нему только Оксану. На тридцать минут каждый день.

Что может молодая любящая и никак не налюбующаяся своим сыном мать успеть за тридцать минут? Только сдержать слезы.

Оксана успевает больше: она замечает, что Димка стал следить за ней глазами, научился зевать с трубкой во рту. И даже улыбаться. Представляете? Улыбаться. Он растет и умственно развивается как обыкновенный малыш. Трубка во рту — от болезни, совсем не мешающей ему все понимать, слышать и слушать, и, разумеется, любить маму и папу и быть ими любимым.

В общем, в русском языке нет слов, которыми можно описать как важно, чтобы Димка вернулся домой. К своим. И стал, как ему и положено, любимым сыном, первенцем Оксаны и Алексея.

На языке цифр цена этого возвращения (с учетом того, что ежемесячно будут нужны расходные материалы для ИВЛ) — 1.200.000 рублей. Ровно столько стоит аппарат искусственной вентиляции легких, который Оксана и Алексей могли бы использовать дома. Чтобы Дима дышал. И улыбался их улыбкам. А не белому кафелю реанимации Краснодарской краевой детской больницы.

Как перечислить пожертвование, вы можете посмотреть здесь. http://www.hospicefund.ru/help/bankovskie-kartyi-best2pay/

По любым вопросам/сложностям с переводом пожертвования обращайтесь к Юле: +7 (909) 9241916, borisova@hospicefund.ru

Текст Екатерины Гордеевой

Поделиться
+7(495)640-99-55
fund@hospicefund.ru