Нюта Федермессер попросила Президента о декриминализации ответственности медработников по статье 228.2 часть 1 УК РФ

Приводим полную текстовую расшифровку вопроса Нюты Федермессер Президенту России Владимиру Путину во время прямой линии 20 июня — с просьбой поддержать декриминализацию ответственности медицинских работников по статье 228.2 часть 1 УК РФ — и ответа Президента.

Ведущая О. Паутова:

По здравоохранению очень много вопросов. И вот в начале эфира Вы видели, мои коллеги показывали Вам больницы, в которых существуют проблемы. И в эти больницы люди приходят, чтобы вылечиться. Я бы хотела немножечко изменить угол зрения на проблему, ведь в России каждый год в медицинской помощи нуждается 1 миллион 300 тысяч человек, которых вылечить уже нельзя.

Но это не значит, что им нельзя помочь. Сейчас я передам слово Нюте Федермессер — это создатель фонда «Вера». Благодаря этому фонду вся страна узнала, что такое паллиативная помощь, помощь умирающим людям. И последние три месяца Нюта ездит по стране, по хосписам и знает обо всех проблемах паллиативной помощи.

Н. Федермессер:

Я действительно три месяца езжу, и сейчас этот потрясающе трогательный репортаж из Дагестана, — я там была с проектом ОНФ «Регион заботы» совсем недавно — и не могу не отступить от своего вопроса и не прокомментировать. Удивительные совершенно люди.

В Дагестане не нужно никому говорить, что люди уходить из жизни должны дома и что старики должны быть дома, что это естественно и нормально. Там всегда забирают из больницы. Абсолютно всегда и всех. Даже в психоневрологическом интернате если уходит из жизни человек, которого туда передали родственники еще в детстве, даже его забирают домой.

И надо сказать, что удивительное учреждение именно такого профиля с отделением «Милосердие» я видела в городе Буйнакск с потрясающе теплой, домашней, по-настоящему кавказской атмосферой. Но при этом выездной паллиативной службы в Дагестане нет ни одной. Они стараются, хотят, пробуют. Мы пытались тоже. Я уверена, что продолжим с губернатором и с руководством над этим работать.

Совсем недавно из Москвы перевезли туда девушку Патимат. Ее мама — Маржанат хотела тоже, давайте пока скажем, продолжать жить дома в Махачкале. Но, к сожалению, только с помощью руководства субъекта удается ей помогать на дому, потому что вот этой системы нет. Будем работать и в Дагестане, везде, где только можно, потому что это очень важно. Спасибо за поддержку.

Вопрос мой, собственно, совершенно другой. Когда мотаешься вот так по стране с тремя ключевыми посылами, о которых Вы говорили, должна быть доступность, должны быть специалисты, должно быть лекобеспечение. Вроде в паллиативе доступность будет, специалисты, я надеюсь, обучатся, лекобеспечение, уже деньги выделены, все закуплено. Почему такой огромный уровень не обезболенных пациентов, почему страдание остается?

Потому что есть еще один фактор, который не связан исключительно с системой здравоохранения. Это страх медицинских работников перед использованием опиоидных анальгетиков. В МВД говорят, что дел против врачей мало, против медиков мало. Мало, но они есть. Мы устроены таким образом, все люди, одного публично громко накажешь — тысячи боятся.

Врачи попадают под ответственность статьи Уголовного кодекса, медики, не только врачи — 228.2 часть первая. Это такая удивительная статья, которая предусматривает ответственность перед Уголовным кодексом, вне зависимости оттого, наступили какие-нибудь вредные последствия, опасные или нет. То есть наркотик в нелегальный оборот не ушел, вреда здоровью не причинили, ошиблись в процедуре — формальность: не вовремя что-то записали, не теми чернилами, не так, ампула закатилась под сейф, достать ее сумели только на следующий день.

Когда с врачами говоришь: «Почему вы не обезболиваете? Видите, необезболенный пациент». «Понимаете, тут наркотики». Я это слышу постоянно. Проводились опросы фондом «Вера», фондом «Подари жизнь».

Мы пять лет про это говорим, и на самом деле с каждым отдельным ведомством говорят, и слышишь ответ: «Да, конечно, надо декриминализировать эту статью, надо безусловно». Но, когда ведомства собираются вместе, мне кажется, не хватает какого-то человека внутри, который бы это слово уже сказал.

Есть в Уголовном кодексе другие составы: 228.1, 229, где есть сбыт, а это случается, к сожалению, что греха таить, как и все, случается утечка в нелегальный оборот. Если медик виноват, то есть другие составы. За формальную ошибку судить медика — тогда мы кадровую проблему, с которой началась вся сегодняшняя, по сути, «Прямая линия» [не решим].

Мой вопрос — это просьба на самом деле. Прошу Вас поддержать полную декриминализацию ответственности медицинских работников по статье 228.2, потому что для тех, кто действительно виноват, есть другие составы, и они не должны уходить от этой ответственности.

Мне кажется, чтобы в России слово «отмучился» перестало существовать, чтобы люди уходили из жизни, а не отмучивались, для этого, к сожалению, опять нужно быть на прямой линии, простите.

В. Путин:

Да, действительно, эта проблема известна. Здесь Вы правы, нужно принимать решения.

Смотрите, если ампула с наркотическим веществом закатилась куда-то, как Вы сказали, ее надо достать — если она просто закатилась. Это первое.

Второе. К сожалению, в этой сфере тоже есть нарушения, и фиксируются случаи ухода в нелегальный оборот этих лекарственных препаратов, и мы должны иметь в виду, что это случается. Но в чем Вы абсолютно правы – это в том, что это не должно дестабилизировать работу всей системы.

И если происходят какие-то очевидные утраты, дело даже не в том, что она куда-то закатилась (ампула), она может быть раздавлена случайно, могут быть назначения не как по регламенту медицинскому, не два-три укола, а четыре укола, то есть в регламент не вписывается — врачи не должны за это нести ответственность, Вы абсолютно правы. Но здесь, так же как в некоторых других случаях, на мой взгляд, решение лежит просто на поверхности, здесь даже особенно не нужно никаких больших изменений.

Нужно просто тогда фиксировать подобные утраты, либо расход не по регламенту, а каким-то актом, который подписывается не только врачом, медсестрой, но, скажем, заведующим поликлиникой, главврачом. Нужно просто выработать эту систему отчетности и фиксации.

А если в рамках этой работы будут выявлены какие-то элементы жульничества, заработка на этом, это уже криминальный случай, тогда с этим нужно будет разбираться отдельно.

И Татьяна Алексеевна Голикова на связи у нас, она нас слышит, здесь даже комментировать нечего. Прошу обратить на это внимание и соответствующим образом отреагировать и подготовить предложение.

Изображение из официального паблика Прямой линии с Владимиром Путиным во «ВКонтакте».

<…>

Нюта говорила про подготовку врачей. Здесь очень важно — и в той сфере, о которой Вы говорите, и вообще в целом.

Вот мы когда говорили о здравоохранении, нужно, безусловно, наладить систему постоянной переподготовки и повышения квалификации, с одной стороны. С другой стороны, контроля за повышением этой квалификации и всего этого процесса.
Собственно говоря, Минздрав сейчас этим и занимается.

Ведущая Е. Винник:

И, возвращаясь к 228-й статье про наркотики, очень много людей осуждены у нас в стране. И большинство говорят, что им полицейские подбросили, когда пытались доказать.

Может быть, пришло время внести некоторые поправки в ту часть статьи Уголовного кодекса, которая говорит как раз об ответственности за хранение?

В. Путин:

У нас действительно за нарушение в сфере оборота наркотиков очень много обвинительных приговоров. И более того, от всего количества тюремного населения, условно говоря, 26 процентов сидельцев – это как раз по статьям, связанным с незаконным оборотом наркотиков, наркотических средств и препаратов, прекурсоров.

Нужно ли либерализовать эту сферу деятельности? На мой взгляд, нет, потому что угроза для страны, нации, нашего народа очень велика. И поэтому если человек хранит незаконно, перевозит (транспортирует), распространяет даже небольшие объемы, и дозы небольшие, нужно нести за это ответственность, и никакой либерализации здесь быть не может.

Другое дело, что нужно наладить контроль за деятельностью правоохранительных органов, чтобы не было никаких правонарушений с их стороны, чтобы не было отчетности, чтобы ради «галок» людей не сажали, чтобы не было таких случаев, как с тем журналистом, о котором Вы упомянули.

Кстати говоря, и генералы были за это уволены, и, надеюсь, будут проведены необходимые следственные действия по выявлению всех виновных, которые создали эту ненормальную ситуацию.

И здесь, повторяю, самое главное, наладить контроль. Поэтому, я думаю и поговорю еще с Генпрокуратурой, ФСБ, Министерством внутренних дел, может быть, в системе собственной безопасности МВД создать особое отдельное направление, которое контролировало бы эту сферу деятельности. И ФСБ не мешало бы этим поплотнее заняться.


Стенограмма прямой линии опубликована на kremlin.ru.

Поделиться
Поделиться
+7(495)640-99-55
fund@hospicefund.ru