Что значит потерять ребенка и научиться горевать

мой карманный ангел

Sukey Forbes — владелица компании под Бостоном, занимающейся искусством, древностями и внутренним дизайном. Недавно была выпущена ее книга «Мой карманный ангел». 

10 лет назад скоропостижно умерла моя дочка Шарлотт. Я чувствовала себя как огретой обухом по голове. Я была убита горем и мне нужно было найти выход из тех сумерек, в которых я пребывала. В то время основной теорией были 5 стадий горевания Элизабет Кюблер-Росс: отрицание, гнев, торг, депрессия и принятие, разработанные в 1960-х, когда Элизабет работала с неизлечимо больными пациентами и пациентами преклонного возраста. Эта теория помогала найти выход тем, кто сам приближался к смерти или скорбел после потери близких.

Но пришло время переосмыслить процесс горевания.

Я провела собственное исследование, изучила множество ресурсов, детально разбиравших процесс горевания от начала и до конца, но нигде не говорилось об ощущении радости или счастья в финале проделанной работы над собой, о раскрытии своего сердца и ума, и ничего о свободе, которая открывается душе в момент, когда все второстепенное отбрасывается, оставляя только основные желания. Несмотря ни на что, я смогла прийти к пониманию того, что вполне возможно и нормально после пребывания в горе прийти к радости, счастью и начать жить еще более полноценно и осознанно, чем до своей чудовищной и опустошающей потери.

В то время желание вернуть себе душевное равновесие (а я действительно этого желала) казалось мне постыдным и неправильным. Я находилась глубоко в своем горе, отрицании, смешанных чувствах о дочери, а иногда чувства притуплялись так, что я вообще ничего не ощущала.

В первые месяцы после потери моего ребенка, которые для меня, казалось, растянулись на годы, мне представлялось, что я сильная и смелая, могу выдержать все, но я не могла держаться круглосуточно. Я понимала, что я справляюсь с горем по-своему, и вместо моего горя приходит одиночество. Постепенно возвращаясь к нормальной жизни после этой разрушившей часть меня потери, я чувствовала, что это неправильно. Разве желание продолжать жить, несмотря на потерю, сделает меня черствым, бесчувственным чудовищем? Разобравшись со своими ощущениями, я продолжала собственное исследование моего ощущения горя.

Сегодня я уже могу сказать, что почти смирилась с такой ранней гибелью моей дочки. Это было совсем непросто. Психотерапия и группы поддержки не помогли мне справиться с отрицанием, которое притаилось в глубине моей души. Я часто собирала знакомых и друзей на пиццу у себя дома, мы вели много пустых разговоров, но ни разу моя душа не смягчилась и не растаяла. Иногда я была счастлива. Не могу сказать, что горе отступало. Я плакала каждый день и отгоняла разные мысли о том, где теперь моя доченька. Я постоянно сомневалась в том, во что верила.

Не так давно мне попалась на глаза книга доктора George Bonanno, где он рассказывает о своих исследованиях горевания – «Другая сторона грусти». Он строит свою теорию на предположении, что грусть характерна для всех млекопитающих, и даже при условии, что человек генетически запрограммирован то, чтобы сопротивляться отрицательным эмоциям, никто не может избежать чувства горя. Даже спустя 10 лет книга остается актуальной, и дарит нуждающимся чувство облегчения и спокойствия. Прочитав ее, я начала подозревать, что мое стремление к нормальной жизни не так уж и преступно.

Горе меняет каждого человека. Оно делает нас глубже. Иногда укрепляет, но в то же время открывает новые черты и смягчает часть нас. Моя история – это путь сквозь боль потери любимого человека, без которого, я думала, не смогу жить, и возвращение назад к жизни. Я стала лучше понимать и ценить жизнь. Я научилась глубже любить и более полно отдаваться делам. Я бы отдала все, чему научилась, всю приобретенную мудрость в тот же миг, если бы это вернуло мне дочь (о, я торгуюсь!), но этого не случится.

На нас навсегда остается печать пережитого горя, но если наша душа открыта новому, мы излечимся. Ralph Waldo Emerson говорил: «Горе всех нас превращает в детей. Стирает интеллектуальную границу между ними и нами. Самый мудрый становится глупым». Ударив нас раз, горе позволяет нам подняться и начать все сначала, чтобы мы смогли научиться думать иначе.

Мы делаем себе медвежью услугу, не используя свои возможности на 100 процентов, не двигаясь вперед, не будучи сильными и смелыми. Мы даем себе слишком много послаблений, разрешаем страдать. Я ни за что не хочу сказать, что нужно подавлять эмоции и чувства, когда у вас случилось горе. Каждый переживает беду по-разному, и каждому нужно разное количество времени. Но что я точно знаю, так это то, что состояние относительного спокойствия приходит быстрее, чем мы могли бы подумать. И да, спокойствие придет к каждому.

Источник

+7(495)640-99-55
fund@hospicefund.ru