Дима Нуриманов

Четыре года назад мама и папа Димы Нуриманова выходили из роддома, гордо держа на руках двойню малышей – Диму и Максима. Счастливая семейная жизнь длилась всего три месяца, потом Максим оставался здоровым розовощеким младенцем, а Дима начал отставать в развитии. Стал хуже держать голову, ручки и ножки ослабли. Врачи забили тревогу. Начались хождения по специалистам, обследования. Один из невропатологов назначил генетическое исследование на спинальную амиотрофию Верднига-Гоффмана и сказал, что если эта болезнь не подтвердится, любую другую он вылечит. Но генетический диагноз подтвердился. Спинальная амиотрофия Верднига-Гоффмана — неизлечимое заболевание, при котором постепенно перестают функционировать мышцы, в том числе – мышцы легких.

«Мы чуть с ума не сошли, откуда это взялось, — говорит папа Димы. — Никто в роду такого и не слышал. Не передать словами, когда врач говорит, что ребенок проживет максимум 7 лет, и нигде в мире ему не смогут помочь. Смотришь в его всепонимающие глазенки и не знаешь, как ему сказать, что он никогда не будет бегать, прыгать, что мы бессильны ему помочь».

Когда Диме исполнился год, малыш уже не мог дышать сам, его положили в реанимацию областной больницы и подключили к аппарату искусственной вентиляции легких. Около года Дима находился в реанимации. Маму пускали к нему на несколько часов в день. Своего брата Дима не видел совсем. Большую часть времени он лежал один, глядя в потолок или на экран телевизора. Дима не может сам пошевелиться, не может говорить и не может дышать. Но болезнь не повредила интеллект – Дима умный мальчик, он все понимает, хочет общаться, играть. Жить одному в реанимации было очень трудно. Родители решили во чтобы то ни стало забрать сына домой.

Во всех странах с развитой медициной дети с такими заболеваниями живут дома, а не в реанимации. Катаются на аттракционах, ездят на море, ходят в зоопарк, учатся по школьной программе. В России зависимость от аппарата ИВЛ – это приговор, пожизненное заточение в реанимации. Чтобы забрать ребенка домой, родителям пришлось сломать систему – они написали отказ от реанимационных мероприятий, обучились самостоятельно настраивать аппарат ИВЛ, менять трахеостому, вставлять зонд, санировать – все, что делали Диме медсестры в реанимации, теперь делают мама и папа сами, без какой-либо поддержки дома.

Наш фонд приобрел для Димы дорогостоящее оборудование (аппарат ИВЛ, пульсоксиметр, кислородный концентратор и т.п.). В конце 2011 года, перед самым Новым годом, Дима вернулся домой. Это было грандиозное долгожданное событие. Постепенно жизнь стала входить в обычное русло – на улице потеплело, Дима начал гулять, впервые увидел живую лошадь, осенние листья, кормил голубей.

Возможность жить дома, а не лежать в больнице, очень дорого стоит. Каждый месяц нужно покупать расходные материалы для оборудования, зонды, аспирационные катетеры, увлажнители, трахеотомические трубки. Нужно проводить диагностику аппарата ИВЛ, менять вышедшие из строя детали. Питаться Дима может только специальной смесью – Нутрини Нутриция. В месяц на питание и расходные материалы необходимо около 50 000 рублей.

Папа Димы обращался в Министерство Здравоохранения Московской области с просьбой обеспечить Диму необходимыми расходными материалами и питанием, но получил ответ, что это возможно только в условиях отделения интенсивной терапии (реанимации). Возможность для Димы жить дома с семьей приходится оплачивать всем миром, и нам очень нужна в этом ваша поддержка.

+7(495)640-99-55
fund@hospicefund.ru