Голландия, хоспис «Маппа Мондо» в Гааге

Хосписы «Маппа Мондо» появился по инициативе «Красного креста» одиннадцать лет назад. Мы были в гаагском хосписе, ему шесть лет. Это самостоятельное учреждение, прикрепленное к местной больнице – если нужна дополнительная помощь, из больницы сразу же присылают скорую помощь. Финансирует хоспис местное отделение «Красного креста». Это именно хоспис; там проводится только симптоматическое лечение, для паллиатива существует выездная помощь.

Попадают в хоспис с заболеваниями, признанными неизлечимыми. Онкологических пациентов мало, поскольку они, преимущественно, умирают в больнице или находятся дома, под присмотром местной паллиативной службы, а это другая структура. На данный момент в хосписе есть мальчик с болезнью Дюшена, болезнью Гоше, двухлетняя девочка с жуткой болезнью, при которой все тело испытывает невероятный зуд, два эпилептика в тяжелом состоянии, и мальчик, у которого с рождения отсутствует часть мозга. Недавно скончалась пациентка с лейкозом и синдромом Дауна.

Пациенты от нуля до восемнадцати лет. В основном, это пациенты со всего города Гаага. Направляют врачи из больницы, их решение подтверждает комиссия из представителей страховой компании и хосписа. У бедных и незастрахованных тоже есть возможность попасть в хоспис, каждый случай рассматривает специальная комиссия «Красного креста». Материальная помощь пациентам не оказывается. Но если случай из ряда вон выходящий, такую помощь оказывает страховая компания, или государство выделяет субсидию отдельной семье.

Переход пациента от куративных служб к паллиативным происходит по решению врачей и комиссии. Родители реагируют более-менее спокойно, поскольку с ними беседует специальный психолог из социальной службы, и они понимают, что болезнь неизлечима. Пациент находится в хосписе в среднем год. В исключительных случаях – столько, сколько нужно.

Амбулаторными пациентами занимается паллиативная служба, но в хосписе есть ряд пациентов, которых забирают на выходные домой. В стационаре на данный момент находится десять пациентов. Паллиативная служба действует отдельно.

Выездная паллиативная служба может перевозить наркотики. У хосписа такой лицензии нет. НО! Если пациенту нужно обезболивающее, в любое время дня и ночи оттуда звонят лечащему врачу пациента, он тут же шлет факс в специальную, круглосуточную аптеку и оттуда в течение десяти минут привозят в хоспис наркотик в нужном количестве.

Правило хосписа – родители в хосписе ночевать не должны. В хосписе сосредоточены на заботе о пациентах, и дополнительный стресс в виде заботы о родителях не приветствуется. С семьей работает выделенный по просьбе страховой компании от социальной службы психолог. Работой с братьями и сестрами тоже занимается не связанный с хосписом психолог.

Хоспис — это как будто бы ферма. Посередине громадного парка, рядом – пруд. Церкви нет. Там сад, кролики, и здание похоже на хоспис Веры Васильевны – пандусы, светлые комнаты (минимум на двух пациентов, максимум – на четырех), огромные окна, очень много света. Администрация находится на первом этаже, пациенты и медсестры – на втором. Здание панорамной постройки. Вместо кнопок вызова – в каждой комнате постоянно работающие микрофоны. При первом крике пациента бежит на помощь медсестра.

Есть студия рисования, игровая комната, комната релаксотерапии – там кровать с водяным матрасом, звездочки на потолке, ароматерапия, и игрушки для слепых детей с разной поверхностью, и специальная музыка, еще есть гамаки, качели, катание на специальных велосипедах, кошки и кролики. Детей, которые в состоянии ходить, водят в школу добровольцы. Тех, кто в инвалидных креслах, каждое утро отвозят в школу на такси, и привозят потом в хоспис. Оплачивает страховая компания. Пациентов хосписа стараются оберегать от ненужного стресса: про ушедшего ребенка специально не говорят. Если пациент умирает на глазах у других детей, то с ними потом работает специальный психолог, чтобы они поскорей забыли о пережитом.

Персонал хосписа состоит из специально обученных десяти сестер и десяти добровольцев. Каждый сотрудник ведет две-три семьи, держит с ними связь и рассказывает о состоянии ребенка. В штате – два педагога, арт-терапевтов нет, священников нет, но по желанию родителя можно пригласить и его. Средний уровень зарплат – полторы тясячи евро. Возраст сотрудников – до пятидесяти лет. Работа – не больше восьми часов в день, плюс ночные дежурства по графику. Конкурса при приеме на работу нет, есть собеседование и – при необходимости – консультация психолога, критерий – желание работать с детьми с неизлечимыми больными.

Волонтеров сорок. Их контролирует секретариат, составляется график так, чтобы добровольцы не перерабатывали. Один доброволец не может работать больше недели в месяц, а иначе случится эмоциональное выгорание. Функции волонтеров – игра с детьми, кормление, мытье, покупки, отвод детей в школу (если ребенок в состоянии учиться), они катают детей на специальных велосипедах, в общем, заботятся о них. Сотрудник хосписа не может стать личным другом пациента, оставаться с пациентом на ночь во внерабочее время. Категорически нет. Основная проблема у сотрудников – слишком близкая связь с пациентом. Если это происходит, коллектив хосписа устраивает собрание и рекомендует добровольцу отдохнуть месяц-другой, а его меняют другие. Реабилитационной программы для сотрудников нет.

После смерти ребенка семье отправляют открытку на каждую годовщину. Дней памяти нет. Специальной литературы в хосписе нет.

Сайт хосписа http://www.rodekruis.nl/Content/Nationale_Hulp/Mappa_Mondo

+7(495)640-99-55
fund@hospicefund.ru